Пятнадцать вопросов KozaPress и.п.главы Нижнего Новгорода Шалабаеву

6898
Пятнадцать вопросов KozaPress и.п.главы Нижнего Новгорода Шалабаеву

13 августа исполняющий полномочия главы города Юрий Шалабаев впервые встретился с главными редакторами нескольких нижегородских СМИ. Не все, кто присутствовал, получили на нее приглашение. Главред «Козы» узнала о ней от своих источников, пришла сама и привела другого. Пресс-служба мэрии сопротивления не оказывала. Градоначальник тоже продемонстрировал готовность выслушать любые вопросы и дать ответ. 

– Я человек не сильно публичный по своей прошлой работе, – отметил он, начиная встречу.

Вначале Юрий Шалабаев рассказал о проделанной работе за те 100 дней, что он находится во главе города, остановившись, по его оценке, на самом значимом.

– Важным результатом, стратегически верным решением было то, что городская дума на последнем заседании поддержала мое предложение и внесла изменения в решение о бюджетном процессе. Теперь мы при формировании бюджета ежегодно не менее 10% собственных доходов бюджета города будем направлять на инициативные проекты граждан. Глеб Сергеевич Никитин поручал и на областном уровне, и на местном уровне как можно больше вовлекать граждан в деятельность органов местного самоуправления, в том числе в распределение бюджетных средств.

Кроме того, значительная, по его мнению, работа была проделана для организации во время пандемии нормальной деятельности учреждений и предприятий, подконтрольных мэрии. А также для помощи субъектам малого и среднего предпринимательства. В городе таких 64 тыс. субъектов. Прозвучали еще цифры: для получения региональных субсидий ими поданы заявки более чем 200 млн руб. На момент встречи выплачено 48 млн руб.

Первые вопросы от СМИ были о семье Юрия Шалабаева и его биографии. Он рассказал, что родился в Горьком почти 40 лет назад. На Автозаводе. Прожил 25 лет в 35-ом квартале. Родители – коренные нижегородцы. Бабушки с дедушками приехали с севера Нижегородкой области (Варнавинский район) и с юга (Арзамасский район). Женат. Двое детей (дочери 4 года, сыну 6 лет). Жена до второго декрета работала в банке. Сейчас уволилась – занимается детьми. Почему пошел учиться на финансовый факультет? Денег хотел заработать. Думал, что финансовый факультет это позволит.

– Денег заработать особо не удалось, поскольку пошел работать на государственную службу сразу после финансового факультета (проходил практику – и меня пригласили на работу в министерство финансов на должность ведущего специалиста). Собственного говоря, так началась моя карьера.

Родители господина Шалабаева к настоящему времени уже умерли. Мама работала медсестрой, папа – водителем большегрузов.

Ответил, как оказался в мэрии. По его словам, в конце 2019 года были определенные трудности с освоением в том числе федеральных средств, выделенных на реализацию национальных проектов. В основном это были проблемы, связанные с национальным проектом «Демография» и строительством.

– Меня пригласили работать в администрацию, чтобы как раз решить в том числе этот локальный вопрос. В общем-то, я считаю, этот вопрос удалось решить, потому что, во-первых, средства из федерального бюджета были возвращены на реализацию национального проекта «Демография», и детские сады мы достроили в тот срок, который определила Федерация. То есть они были сданы до 31 марта 2020 года. Мотивация была такова, что были проблемы с освоением бюджетных средств и эти проблемы нужно было решать. Там различные были проблемы. Проблемы с подрядчиком, который несвоевременно делал, и проблемы со своевременным прохождением финансовых документов. Это можно было ускорять. Вот эта коммуникация, которую нужно было наладить между региональными органами власти, министерством образования и минстроем, минфином, была налажена, и достаточно эффективно все это прошло.

Вопросы «Козы»:

– Почему вы вообще согласились перейти на муниципальную службу? Зачем?

– А вы так говорите, как будто муниципальная служба что-то хуже, чем государственная служба.

– Да, я считаю, что она дискредитирована полностью и унижена. Это моё субъективное мнение.

– Я не знаю, кто из муниципальных служащих считает себя униженным. Я думаю, если спросить, то это совершенно не так. По поводу дискредитации… Во-первых, я считаю, что на муниципальном уровне можно как раз многое сделать и многое поменять для того, чтобы увидеть результат. Это хорошая площадка, где можно что-то делать и будет виден результат. Есть много проблем, которые можно решить. И мы знаем, как их решить… Город Нижний Новгород – это мой родной город. Я так же, как все мы, хожу по улицам, я вижу раздолбленную брусчатку, я вижу кривые столбы и кривые заборы. У меня так же, когда я работал на региональном уровне, возникали вопросы, почему это нельзя поменять.

– Но ответ же гораздо глубже на этот вопрос, почему. Потому что убита конкуренция. И вы ничего не можете с этим поделать на своем месте. Убита конкуренция в сфере строительства, благоустройства. Потому что на подряды приходят, сами знаете, как, и сами знаете, кто. Мы видим на примере брусчатки, например, возле заксобрания, как выполняются элементарные работы, с каким качеством.

– Я за брусчатку возле заксобрания (не знаю, к счастью или к сожалению) не отвечаю, – не моя зона ответственности.

– Но вы ходили там, вы знаете, о чем я говорю.

– Конечно. Вот смотрите. По поводу конкуренции. Вы говорите, что убита, что это причина в том числе, как я понимаю, некачественного оказания услуг, некачественного проведения работ. Есть обратная сторона. 44 федеральный закон при всех его плюсах как раз обеспечивает в значительной части конкуренцию. Приходят разные подрядные организации, которые торгуются по цене. Мы по цене их выбираем. В итоге приходит организация без достаточного финансово-экономического и хозяйственного базиса, которая не может выполнить необходимые объемы работ. И потом мы с ней мучаемся в течение года, а может быть, и более. Вот это вот конкуренция. Это хорошо? Нет. Мы основные проблемы с этого получаем.

– Юрий Владимирович, не лукавьте. Давайте посмотрим на примере торгов за контракт на благоустройство парка «Швейцария». Конкурентов у ГК «ЕКС» не было. Фактически не было, потому что вторая компания, которая заявилась на эти торги, не имела права по нашим законам на такой объем работ.

– Конкурс по благоустройству парка «Швейцария» был открытый, и могли заявиться все организации. Там суть в другом. Там суть в том, что объем торгов очень большой и не все организации могли предоставить соответствующее обеспечение, не все организации имеют лицензию на работу с ОКН. Если организация имеет лицензию на работу с ОКН (а это обязательно, поскольку парк является объектом культурного наследия), если у нее есть необходимое обеспечение, то она заявляется и торгуется. У нас смотрит за этим ФАС. Вот как раз та вторая организация, по мнению ФАС, не могла участвовать, хотя она выиграла по цене. Немного, но выиграла. И комиссия признала ее победителем. ФАС не согласился и отменил это решение. Где же здесь нет конкуренции!

– Юрий Владимирович, вы были в организации, где своими глазами видели, как у Нижнего Новгорода урезали доходы. Урезали, урезали, урезали – а теперь та «башня» кремля водит вас по улице и как котенка тычет вас в разруху, заявляя, что Нижний Новгород не причесан, не умыт. Почему вы соглашаетесь на это?

– Ну как котенка меня никто не тычет. Смотрите. Нижний Новгород не причесан, не умыт – я под этим расписаться могу так же, как и губернатор.

– Но ведь это прямое следствие действий той «башни» кремля!

– Совершенно нет! Совершенно нет! Вы говорите о ежегодном урезании доходов. А вы сравнивали доходы города Нижнего Новгорода, динамику смотрели?

– Собственные доходы города ничтожны, они не достигают даже половины.

– Смотрите. За последние годы это первое решение региональной власти (было принято в 2019 году) – о закреплении дополнительно за городом Нижним Новгородом на постоянной основе 20% налогов упрощенной системы налогообложения. Больше не закреплено только по той причине, что здесь есть риски недополучения, с которыми, собственно говоря, мы в этом году и столкнулись. То есть, когда закрепляют дополнительные доходы и не дают финансовую поддержку, это разграничение рисков… Более того. Хочу сказать, что губернатор полностью поддерживает увеличение нормативов отчислений от УСН за бюджетами муниципалитетов, но это та часть, которая формируется за счет деятельности СМП – среднего и малого предпринимательства.

Другой разговор, что не все муниципалитеты этого хотят (мы должны закреплять единые нормативы отчислений). Не все муниципалитеты хотят именно потому, что у них есть риски неисполнения этих доходов. Если они их не исполнят, то они недофинансируют свои расходные обязательства. А это общая проблема. Это проблема и муниципалитетов, это и проблема губернатора. Потому что губернатор отвечает за всё. За весь регион. Поэтому, что касается непричесанного, неумытого… Да, не причесан, не умыт. Почему он не причесан, не умыт? Не хватает доходов? Их всегда будет не хватать – этих доходов.

Вот на следующий год будем смотреть (уже в этом году смотрим), составляем перечень малого благоустройства так называемого. Это когда ходишь (вот про то, что я говорил) – брусчатка провалена, забор кривой и так далее, и так далее, и так далее. Всё это нужно систематизировать, внести в реестр и предусмотреть на это необходимые денежные средства. Где их взять? Экономическая ситуация «не айс», скажем так. Пока. Хотя сейчас немножко выправляется, и по доходам, например, по июлю месяцу уже даже перевыполнили – план первоначальный на июль. Будем смотреть приоритезацию расходов. Этим нужно заниматься. Повышать эффективность расходов. То есть смотреть, где можно подсократить, куда направить. Не исключая использование заемных средств.

– Юрий Владимирович, но почему губернатор дает поручение «проработать благоустройство Кулибинского парка»? У нас где муниципальная власть? Почему вопросы местного значения «отжаты» у вас? Это ваши полномочия. Почему вы не даете поручения проработать вопрос благоустройства парка Кулибина и чего бы то ни было еще? На нашей земле.

– Почему не даю? Даю. Глеб Сергеевич и я идем совершенно в одном направлении. Если губернатор обращает внимание на качество благоустройства, качество жизни в городе, то это значит, что качество достигло того уровня, когда он должен обратить на него внимание.

– Но у губернатора есть еще Гагино, Шаранга, Шахунья, простите…

– Я за Гагино, Шарангу, Шахунью не отвечаю, хотя Шаранга многие годы была признана лучшим муниципалитетом в сфере благоустройства, если я не ошибаюсь. Уверен, что губернатор обращает внимание на благоустройство и вопросы местного значения во всех муниципалитетах. Еще раз говорю: губернатор отвечает за регион, в том числе за муниципалитеты, которые в нем находятся. Благоустройство, содержание территорий – это неотъемлемая часть качества жизни населения. Более того, это стратегический вопрос развития города. Мы все понимаем: крупные компании, особенно высокотехнологичные, никогда в Нижний Новгород не придут с инвестициями, не приведет сюда сотрудников даже за хорошую зарплату, если здесь не будет комфортной городской среды для жизни. Сотрудники здесь не будут работать.

– Крайне низкого качества идет новое благоустройство. Юрий Владимирович, посмотрите на объекты, которые сделали к 2018 году. Без слез не взглянешь. Посмотрите на Мещеру, посмотрите на школу №126, которой выкрасили фасад по красной линии к 2018 году, а гнилье и плесень с тыла оставили. А на это дети смотрят… Директор этой школы прекрасен, и он заложник ситуации. А господин Панов, ваш предшественник, сказал, что он действует в тех условиях, что есть. То есть вот дали ему столько средств – это нужно размазать по всем фасадам. Но это же показуха!

– Вы хотите, чтобы я откомментировал комментарий Владимира Александровича?

– Нет, я хочу, чтобы вы откомментировали вопросы качества.

– Претензии к качеству, безусловно, есть. Мы видим это и на Мещере. Сейчас стараемся сделать, чтобы такого больше не происходило. Но здесь еще вопрос к выделению средств на содержание тех объектов, которые мы сделали. Когда их делаешь, мало разово закладывать средства на их благоустройство. Мы все понимаем, что благоустроенный объект, особенно современное благоустройство, – оно требует дополнительных и более весомых расходов, нежели были раньше на их содержание. По этому пути мы тоже идем... Что касается качества ремонтных работ по фасадам, есть необходимые гарантийные обязательства. Это вопрос вообще комплексный. Нужно отрабатывать по гарантиям. Подрядчик зарабатывает определенные средства. У него в контракте написаны объемы и оценка качества работ, которые он должен выполнить... Просто нужно отслеживать.

– Юрий Владимирович, я помню о межбюджетных отношениях, но четыре миллиарда на парк «Швейцария» – это почти треть собственных доходов города. Это говорит о том, что мы ну не можем позволить себе такой шик. И возникает вопрос, мы как это потом содержать-то будем?

– Давайте разобьём на две части, можем-не можем позволить себе такой шик. Средства, как вы правильно сказали, целевые. Как раз на благоустройство парка «Швейцария»…

– А кто, кстати, решил, что городу нужен проект благоустройства парка «Швейцария» за четыре миллиарда рублей, а не строительство, например, ливневой канализации в Канавинском районе?

– Совершенно уверен, что такие объекты знаковые, как благоустройство целого парка, который в абсолютном запустении находится, нужны не менее, чем ливневка.

– Но почему за четыре миллиарда?

– Четыре миллиарда, потому что для того, чтобы привести его в порядок, нужно вот такие средства. Три семьсот. Почему такая цена: во-первых, сам парк является объектом культурного наследия. Сама ограда и вход в парк протяженностью три километра тоже являются объектами культурного наследия. Вы все видели, в каком состоянии он сейчас находится. Фактически это воссоздание парка заново. Когда реконструировали парк «Горького» {Московский}, он все-таки был в каком-то более приемлемом состоянии.

– Люди этого не просили. Вот вы отмечали, что 10% доходов бюджета будут направлять на инициативное бюджетирование. Но если уж мы говорим о демократии, то на публичных слушаниях люди четко заявили, что им нужно в парке «Швейцария»… Никто не просил там никаких «Инвадромов», никто не просил там никаких «читален».

– Не соглашусь с вами…

– Вы были на публичных слушаниях? Я вас там не видела.

– В то время, когда проводились публичные слушания, немного не моя сфера деятельности была… По «Инвадрому» и прочим павильонам. Я встречался (не только на публичных слушаниях) с огромным количеством, на самом деле, аудитории. И со студентами, и со спортсменами…

– После того, как проектирование уже в стадии завершения было.

– Нет, секундочку! Это не так! Насколько помните, я тоже был на встрече с губернатором в парке. И как раз там было принято решение, мы вносили изменения в проект. С очень активной группой жителей.

– Это был февраль.

– Февраль, да.

– А сдать проект должны были 22 февраля.

– 28-го… Губернатор встретился в «Швейцарии» с активистами». Там совершенно разные люди были. Высказывались опасения по поводу ОКСов – объектов капитального строительства. Тогда проект уже был готов. Проект с этими ОКСами. Действительно, сомнительными. Было принято решение их исключить. Их исключили. Это лифт-башня, панорамная башня, банкетный зал, который там планировался, коворкинги, которые потом, говорят, переделали в читальни, но это не совсем так. Внесены необходимые изменения. Это даже после публичных слушаний. И после многочисленных встреч. Помимо этого, я встречался и с различными совершенно группами, и с ограниченными возможностями здоровья, которые выступали за «Инвадром». Может, вас название пугает? Ну давайте подумаем, как его поменять. Но само по себе что плохого в этом сооружении? У нас весь парк будет инклюзивный. То есть доступный для людей с ограниченными возможностями. Они на этом «Инвадроме» могут пройти практику, потренироваться.

Что касается читален, которые переделали, как говорят, из коворкингов. Было двенадцать, по-моему, коворкингов на верхнем плато парка, против которых выступили… ну, я слышала голоса человек пятнадцати. Очень громкие голоса. Вот они выступили. Хорошо, я их собрал. Я с ними поговорил (у себя в кабинете, когда еще был замом по строительству). Я говорю: «Коворкинги не нравятся?» Ну не слышал особых с других сторон высказываний за эти коворкинги. Вам не нравится, хорошо. Убрали коворкинги. Говорю: «Как относитесь к читальням?» Человек пришел, погулял. Там аппарат с кофе, какими-нибудь безалкогольными напитками. Сел. Взял кофе, почитал книгу в парке. Вполне себе симпатично выглядят эти читальни. Тем более они там исторически были. Они говорят: «Против читален ничего не имеем». Через некоторое время, я уж извиняюсь, совершенно обратное говорят: «Кто вас просил эти читальни? Никто их там не просил». Я к тому, что дискуссия проводится не только с одной группой лиц, которая громче всех кричит. С совершенно разными категориями жителей. И у них совершенно разные мнения. Я считаю, мы наиболее концессусный проект сделали.

– Давайте на примере уже сделанной Нижневолжской набережной посмотрим: там не построили туалеты, но есть «виселицы», которые так и будут «виселицами», пока на них все-таки кашпо не повесят хотя бы с какими-нибудь трехкопеечными петуньями. И генераторы, которые шумят на каждом шагу. Ведь это же позор.

– Объясняю. По дизельгенераторам. Сейчас на согласовании смета, по-моему (ситуацию надо проверить), по электрической разводке, чтобы убрать эти дизельгенераторы. Мы это сделаем.

– Когда дедлайн?

– Разводку в этом году сделаем. Туалеты немного позже. У нас есть там ротонды. Часть из них можно использовать для размещения какого-нибудь информационного стенда, какого-то предпринимательства (мы сейчас думаем над этим вопросом), там подведены все коммуникации. И там в том числе будут туалеты.

– А как вы относитесь к прямым выборам мэра? Как должны выбирать мэра?

– Я считаю, что та система, которая сейчас существует, наиболее эффективна для экономических и политических реалий.

– Почему?

– Просто так считаю. Вот вам мой ответ. Так и напишите: «Просто так считаю».

–  Юрий Владимирович, Нижний Новгород богатый или бедный город?

– Очень богатый. И богатый он, прежде всего, своими жителями.

– А если он богатый, почему каждый год тонут под дождем Алексеевская, Ковалихинская, Тонкинская, другие улицы? На протяжении десятилетий.

– Какого числа последний раз дождь был? Мы же сделали небольшое дноуглубление Ковы. И прочистку. И 21-го, насколько мне сообщили, там потопа не было. Я сам туда не заезжал.

– А на Тонкинской был.

– На Тонкинской был, да. Это комплексная проблема, о которой я уже сказал, и к концу года совершенно четкие предложения по решению вопроса ливневки будут… Они не одногодичные, само собой, нужно понимать. Это очень длительный, сложный процесс. Но проблема будет решаться.

– Решение каких-то проблем к какой-то большой дате – это, как мне кажется, порочная практика. Потому что город должен развиваться планомерно. Нет?

– Город должен развиваться планомерно 100%. Но посмотрите на Казань. Удачное совпадение обстоятельств и подряд несколько дат юбилейных и определенных празднований вполне позволили привлечь и средства для развития, и благоустроить город. Я не вижу ничего зазорного в том, чтобы использовать какую-то дату как аргумент для привлечения тех же федеральных денег.

– Но это следствие порочной практики межбюджетных отношений, когда Москва всё забирает, а потом нам отщипывает.

– Я не сторонник финансового сепаратизма. Это нормальная экономическая ситуация. Это нормальное формирование межбюджетных отношений. Нужно понимать, что есть регионы, есть муниципалитеты совершенно разного уровня социально-экономического развития. Задача вышестоящего бюджета – как раз регулировать так, чтобы шло перераспределение. Это нормально. Без этого мы не выживем. Не выживет Нижегородская область, не выживет Российская Федерация. Понимаете? В той или иной степени это проявляется во всех странах.

– Но не нормально выделять 65 миллионов на ремонт и содержание ливневки, если городу нужно ежегодно минимум 600. В десять раз меньше вы выделяете.

– Ну смотрите. По поводу точечного выделены средств на ремонт и содержание ливневой канализации. Выделили столько, потому что и это сложно было.

– Потому что нищета, да?

– Потому что в условиях ковида у нас было значительное снижение в том числе доходов. И вот в этот сложный период мы смогли найти 65 миллионов рублей на решение локальных, но, тем не менее, серьезных проблем. Еще раз говорю: подход к ливневке должен быть комплексным. К концу года мы свои предложения дадим.

– Юрий Владимирович, вот вы сидели в минфине своем, а все мы, кто здесь сейчас, коллеги не дадут соврать, слышали это не по разу. Я, наверное, с 2011 года – как только начала пристально наблюдать за мэрией. Проблема не решается. Вы берете на себя ответственность, что вы эту проблему сдвинете с мертвой точки?

– Безусловно. Я же сказал: проблема будет решаться.

– Нет, вы скажите: «Да, я сдвину это».

– Программа предложений по комплексному ремонту ливневой канализации к концу года будет сформирована.

 

Поддержите наше СМИ любой посильной для вас суммой – один раз, или оформив подписку с помощью онлайн-кассы. Став подписчиком KozaPress, вы будете поддерживать стабильную работу издания, внося личный вклад в защиту свободы слова.

18+

Читайте также:

Балахнинские власти игнорируют проезд многотоннажных фур по аварийному мосту
Ирина Еникеева
Власти замалчивают проблемы благоустройства нижегородского парка «Швейцария»
Александр Мурин
Ольга Щетинина: «Работникам «красной зоны» государство обязано дать гарантии!»
Ирина Еникеева