Поговорив с психиатром, Настя вышла из окна пятого этажа больницы имени Семашко

4505
Поговорив с психиатром, Настя вышла из окна пятого этажа больницы имени Семашко

Двадцатидвухлетняя Анастасия Магина вышла замуж в октябре 2015 года. Новобрачные уже ожидали рождения ребенка. Как показало УЗИ, сына. Неожиданно ухудшившееся состояние здоровья заставило будущую маму лечь в больницу – Кстовскую ЦРБ по месту жительства. В левом легком девушки обнаружилась жидкость.

На 22 неделе беременности Настю направили на госпитализацию в больницу им.Семашко Нижнего Новгорода, куда она поступила с диагнозом «острый перикардит». В отделении кардиологии жидкость из легкого откачали. Анализы показали, что у Насти лейкоз, и 22 октября ее перевели в гематологическое отделение. 

Врачи приходят к выводу о необходимости прерывания беременности по медицинским показаниям. Кесарево сечение было сделано в отделении гинекологии, где Настя пролежала 10 дней. Отсюда она вернулась в гематологическое отделение.

Я подробно описываю этот путь Насти по больничным коридорам, чтобы можно было представить, сколько ей пришлось пережить и повидать в этих стенах. Но Герман Магин, ее отец, говорит, что эмоциональное состояние его дочери не вызывало у семьи никаких опасений. Дочь без возражений принимала лечение, в больнице продолжала заниматься рукоделием, впервые в жизни взялась за Библию. Настя очень боялась смерти. «Ведь я не умру?» – спрашивала она у мамы. «Конечно, нет!» – убеждала та. Никаких срывов, никаких разговоров о суициде не было. Последнее обследование показало, что после химиотерапии болезнь начала отступать.

В тот день, 30 ноября, с Настей была ее бабушка. В 15.00 позвонил второй раз за день муж, они поболтали. Она и бабушка вышивали крестиком, когда для беседы девушку вдруг пригласила психиатр. Это была ее первая встреча со специалистом по душевному здоровью. Настя и доктор вышли из палаты, сев на диване в рекреации отделения. На часах было около 16 часов…

Как следует из рапорта дежурящей медицинской сестры М., она находилась в процедурном кабинете, когда услышала крики в коридоре. На часах было 16.35. Она вышла в коридор и узнала от постовой сестры Л., что пропала пациентка Анастасия Магина. Вместе с доктором И. ее начали искать по отделению. В 16.40 было обнаружено, что в душевой открыто окно.

«Чтобы убедиться, что внизу никого нет, я встала на подоконник и увидела, что внизу на земле лежит человек…», - сообщает в рапорте медсестра М.

Упав с пятого этажа, Настя не умерла сразу. В реанимационном отделении она скончалась в 0.40 2 декабря. Похоронив дочь 4 декабря, с тех пор Герман Магин ищет ответы на вопросы.

Вопрос первый. Почему Настя, около 20 минут поговорив с психиатром, встала и сразу же, миновав свою палату, прошла в душевую комнату, из окна которой шагнула в небытие? И почему, если она действительно была в таком состоянии, психиатр отпустила ее, а не передала «из рук в руки» Настиной бабушке? Как насчет компетентности и соответствия занимаемой должности психиатра?

Ответа нет.

Вопрос второй. Почему к месту ЧП не была вызвана полиция? А если это криминальная история? Настя была небольшого роста и, находясь в корсете после кесарева сечения, не могла с легкостью взобраться на подоконник. Почему дознаватель явился в больницу только после смерти девушки?

Ответа нет.

Третье, немаловажное. Почему никто из руководства больницы не встретился с родственниками погибшей, чтобы, смотря им в глаза, попытаться объяснить случившееся?

Ответа нет.

Ах, да, есть заявление минздрава. Что якобы заместитель главного врача ГБУЗ НО «Нижегородская областная клиническая больница им.Н.А.Семашко» Н.Н.Миронов после гибели пациентки М. имел беседу с  ее родственниками.

«Родственники погибшей претензий к врачам и лечебному учреждению не имеют», – заверили чиновники миздрава, отвечая на запрос.

В том, что чиновники миздрава могут лгать, я убеждалась неоднократно. А тут ложь прямо-таки очевидная: если родственники погибшей претензий не имеют, зачем 24 декабря они встречались со мной, прося предать огласке произошедшее? Зачем написали заявление в прокуратуру? Зачем обивают пороги кабинетов следователей? Но Герман Магин припомнил, что 30 ноября, когда мать Насти примчалась из Кстова в больницу, какая-то врач подсунула ей на подпись две бумаги. Настя была в реанимации, ее мать подписала документы, не читая. Надеюсь, все понимают, что в таком состоянии можно подписать все что угодно.

Бытует мнение, что профессия неизбежно превращает медработников в циников. Что души их черствеют, иначе не жить. Это простительно. Но допустимо ли оскотиниваться? 

 

Читайте также:

ВРИО губернатора Никитин встретится с депутатами думы Нижнего Новгорода
Ирина Славина
Белов: Нижегородские дорожные предприятия подтвердили свою квалификацию во время ремонтной кампании 2017 года
KozaPress
Мень: Формирование комфортной городской среды в Нижегородской области проходит неплохо
KozaPress