Ежедневный убыток фабрики «Юта» в Заволжье, работа которой блокирована налоговой, достигает 4 млн руб.

8305
Ежедневный убыток фабрики «Юта» в Заволжье, работа которой блокирована налоговой, достигает 4 млн руб.

Более 700 из 800 сотрудников мебельной фабрики «Юта» в Заволжье в понедельник, 15 октября, опять не смогут вернуться к своим рабочим местам, теряя в зарплате и мучаясь неизвестностью, что с ними будет дальше. Над фабрикой, которая прошла путь от 4 рабочих в 1999 году до статуса крупнейшей мебельной фабрики СНГ в настоящее время, нависла реальная угроза разорения, что подтвердил «Козе» генеральный директор ООО «Юта» Александр Лебедев, основавший данное производство.

Напомним, ранее мы сообщали, что налоговая блокировала работу фабрики «Юта», вынеся с производства серверы. «Коза» дозвонилась до господина Лебедева, чтобы узнать у него подробности.

– Чем вызван такой интерес налоговой к вашему бизнесу и силовые действия?

– Нам вменяют «дробление бизнеса». Это новая «фишка» налоговой инспекции. Ранее подобные вопросы они никогда не поднимали. Я хочу сказать, что компания «Юта» уже 20 лет на рынке. Есть несколько организаций, действительно, которые мне принадлежат. Но самая молодая из них была создана 8-10 лет назад (я уже даже не помню, когда точно). Во вторник я как раз заезжал на предприятие (было минут пять десятого). Открылись ворота, чтобы пропустить нашу машину, – и проскочило несколько микроавтобусов. Все по правилам жанра: «люди в черном» (очень красиво получилось) побежали в офис. Там людей всех построили, руки в верх. Классика… Но к правоохранителям у меня особо претензий нет. Вели они себя корректно. А вот налоговая инспекция… Правоохранители сейчас «отдыхают», если сравнивать их подходы и хватку. Они взяли ряд серверов, один из них был производственный. Там нормирование, планирование работ, расчет заработной платы. Я сейчас ни зарплату не могут выдать, ни производство запустить. В результате 700 с лишним человек четверг, пятницу, понедельник, похоже, и вторник будут стоять. Работа предприятия парализована.

Я говорю: если есть претензии, их как-то надо решать по-другому. Нельзя же это так делать. Ведь документацию можно скопировать. Но они сознательно, испытывая, видимо, определенное удовольствие, забирают серверы. Мой юрист в пятницу была там. Они ей говорят: мол, в понедельник нам некогда, во вторник, может быть, закончим, может быть, нет. Она им предложила хотя бы производственные сервер исследовать и вернуть. Там ведь конструкторская документация, еще что-то... В общем, городецкие налоговики ведут себя очень интересно. Благодаря им 700 человек с лишним сейчас без работы. К 15 октября я должен был начислить заработную плату, но ее ведь рассчитывают, исходя из нормы, из выработки и всяких разных вещей. И я не могу это сделать.

Есть ко мне претензии? Хорошо. Можно мою вину доказывать как-то по-другому? Зачем так пугать? У людей злость растет. Они потеряют в зарплате. К сожалению.

Ранее мы на предприятии начали определенную оптимизацию – вынуждены это делать: вводить нормирование, где-то на сделку переводим. Но этим мы обеспечили рост зарплат, и средняя зарплата на нашем предприятии за август – 32 тысячи рублей. Вся зарплата белая! Люди на карточки ее получают. Наша фабрика – одна из крупнейших в России. А в сфере производства столов и стульев другой такой нет. Так вот налоговая у меня человек 150 допросила. Вызывают – и начинают спрашивать: кто, чего, как, зачем. И все вопросы касаются 2015-2016 годов. Вы сейчас вспомните, что было 13 октября 2016 года? Наверное, нет. Я тоже не вспомню. И вот на основе таких данных они выстраивают какую-то свою версию. Я не против – стройте. Но производству зачем мешать? Это же ведь опять меньше налогов, меньше товара.

Я разговаривал тут с большими начальниками областными. Говорю: конечно, вы хотите, чтобы все компании работали как одна, чтобы пересчитать НДС. Но предприятие не выживет! У меня за последние три года из-за политики лесного департамента области лес вырос в цене почти в два раза. И в лесу никто не работает с НДС. Потому что там маленькие компании, к сожалению. Понимаете? Они на «упрощенке». Я входящий НДС не имею – платить должен больше. Кроме того, из-за курса валют и общей инфляции, которая значительно выше официальной, за последние три года цены на комплектующие выросли процентов на 80. А конкурентная среда такая, что я на продукцию свою цену поднять не могу – проиграю. Поэтому мы вынуждены держать цену ниже, чем хотели бы. При этом стул – это не хлеб, его люди будут покупать в третью-четвертую очередь.

За 2017 год я заплатил 125 миллионов налогов. Если в этом году все сложится, порядка 135 миллионов заплачу, потому что мы зарплату подняли в сентябре прошлого года на 8%. Вот я продаю на рубль товар свой. В нем сейчас 15-17 копеек налогов. Не с прибыли! Налоговая говорит: мало. Они хотят 25 копеек с рубля. Я говорю: вы в своем уме? У меня сейчас 45 копеек в рубле – это закупки! Все же импортное! Саморезы – и те китайские, мы же сами ничего не производим! Я уж не говорю про направляющие, про лаки, про краски... В стране же ничего не производится, к сожалению. Еще порядка 32-35 копеек – это зарплата.

Да, можно увеличить размер налогов, подняв цену продукции на 20%. Но что такое эти 20%: это означает, что из 5 рабочих дней люди будут работать дня два. Это означает, что упали продажи, упала заработная плата. И вы опять теряете налоги. А они мне говорят: нет, ты должен показать эти налоги сейчас. Нам-де звезды на погонах нужны, а не ваши экономические выкладки. И это повсеместно так. Определенная война объявлена производству.

– Я так понимаю, что есть госзаказ на все эти дела. Но если ваше предприятие в итоге загнется, а бюджет лишится 125 миллионов налогов, никому лучше не станет. Особенно тем, кто потеряет работу.

–  А налоговой все равно. Раньше было молчаливая договоренность между производственниками и государством, которая предполагала, что нельзя никому переходить определенные грани: вы не наглеете, уважаемое производство, а мы на некоторые вещи закрываем глаза. Потому что работать по тем правилам, которые созданы, невозможно. Не потому, что хочется больше денег, а просто нереально. К сожалению. Потому что хотелось бы работать по одним правилам.

Но договоренность была нарушена. И то, что сейчас творится… Руки у всех опускаются. Это беспредел называется. И бороться с теми, кто себя называет государством, невозможно.

И, поговорив со всеми этими начальниками, какое вы настроение у них почувствовали? Никто за вас впрягаться не собирается, правильно я понимаю?

– Ну, о чем вы. Мне говорят: все нормально. Порядка 10-15 миллионов мы уже потеряли из-за действий налоговой – и это, оказывается, нормально. День простоя – около 4 миллионов рублей. Хотя остались еще люди в Заволжье, которые за меня переживают. Все боятся, и я боюсь. Когда эти «люди в черном» в офис побежали, не буду скрывать, холодок в сердце пошел, деваться некуда.

– Каков риск не исполнять обязательства по договорам? 

– Предприятию 20 лет. За это время мы наработали базу. У нас есть клиенты во Владивостоке, в Якутске, Алма-Ате… По всему СНГ! Потому что у нас хорошая качественная продукция, понимаете? Иначе ее во Владивостоке не брали бы, нашли что-нибудь поближе, согласитесь. И я сейчас рискую свои обязательства не исполнить. А у меня такого никогда в жизни не было, чтобы я кого-то подводил. То, что зависело от нас, мы делали «через не могу». А сейчас нарушаются сроки. Значит, у меня будут и штрафные санкции. Но это уже отдельная песня. Но ведь сейчас налоговая меня еще и дискредитирует: она скажет, что я не доплачиваю налоги, поэтому город Заволжье не развивается, дороги не ремонтируются. Хотя за все эти годы, что я плачу налоги, я не видел, чтобы наши налоговые поступления отразились на территории каким-то образом. Все так же бюджет в дефиците, все так же непонятно, куда наши деньги идут. Нет, понятно, куда. Непонятно, почему.

Да, есть определенная оптимизация. Ее можно представить как уклонение от уплаты налогов. Но это именно оптимизация, и по-другому нельзя! Я уже всяко анализировал. Я бы, конечно, не пошел на это – зачем мне лишние хлопоты, инфаркты и прочее. Всех денег не заработаешь, и это уже не главное для меня лично. Но, если я сейчас подниму цены, чтобы платить налоги, будет меньше работы, я уже говорил. И я не смогу платить зарплату. А у меня за 20 лет этого не было ни разу, и никто не знает, как я эти деньги добывал, когда их не было: и занимал, и кредит брал. Но не нарушал сроки выплаты зарплаты ни разу!

Многие бизнесмены в нашей стране не хотят добиваться больших высот, чем они достигли, опасаясь того, что, как только их бизнес станет заметен, они попадут в орбиту интересов либо рейдеров, либо силовиков, что, впрочем, зачастую одно и то же.

– Мне это знакомо. У «Юты» хорошая кредитная история, банки готовы с нами сотрудничать, есть идеи. Но я ничего делать больше не хочу. Предприниматель не хочет работать только на государство. Человек должен думать и о себе. Но, думая о себе, он вынужден думать и о других, даже если он человек, по чьему-то мнению, не очень хороший.  Все живут только один раз. И у людей и зарплата должна быть хорошая, и отношение к ним должно быть хорошее. Разговор государства с производственниками сейчас идет такой: дай. Если раньше налоговый инспектор садился рядом с бухгалтером и показывал ошибки – и крыть было нечем. То сейчас они говорят просто: дай.

Все, что происходит с вашим предприятием сегодня, нужно сообщать общественности. Хотелось бы, чтобы оно выстояло, потому что за ним сотни его сотрудников и их семьи, которые могут остаться без дохода. Власть своими руками режет кур, которые несут золотые яйца. 

– Да они все живут одним денем! В шестидесятые годы не хватало мяса. Власти приняли решение зарезать всех коров. И мясо появилось на прилавках. Ненадолго. Затем оказалось, что только коровы рожают новое мясо. А их уже не осталось, и мяса не стало вообще. История нас ничему не учит.

От редакции: «Коза» запросит комментарии налоговиков.

Читайте также:

Будущего мэра Носкова назначили первым замглавы администрации Дзержинска
Ирина Славина
Госэкспертиза «зарубила» проект строительства «дома отдыха» в Зеленом городе Нижнего Новгорода
Ирина Славина
На оздоровление Волги в 2019 году Нижегородской области обещаны 3,3 млрд руб.
KozaPress